Увійти · Зареєструватися
 

Галереї

MP3

Сергій Бабкін Люди (feat К.П.С.С.) 2013 р. 8.98 Mb
Сергій Бабкін Возьми меня (2013 р.) 2.45 Mb
Сергій Бабкін Я пойду с тобой (2013 р.) 4.95 Mb
Сергій Бабкін Тук-тук (2012 р.) 9.06 Mb
Сергій Бабкін Мотор (2012 р.) 7.65 Mb
Сергій Бабкін Син (Відео) 16.14 Mb
Потік Афіші Галереї MP3 Товари Інформація

Автори / Сергій Бабкін / «ПИРОГ ИЗ ДЕРЬМА ТАКОЙ ВКУСНЫЙ»

В августе прошлого года Сергей Бабкин рассказал с помощью Youtube, почему поехал выступать в Крым – и был освистан. В феврале этого года проехался с мини-туром в дни памяти Небесной Сотни – и был оплеван. Месяц назад вместе с коллегой по группе 5nizza Андреем Запорожцем дал интервью российскому телеканалу LifeNews – и был проклят.

Обычная история, как для последних полутора лет. И при этом особенная. Потому что наряду с понятными основаниями для эмоций, в случае с Бабкиным оставалось слишком много незакрытых вопросов. Прежде всего, о том, что же действительно чувствует и думает Сергей о происходящем в Украине. Люди темпераментные отвечали на эти вопросы за Бабкина – и клеймили его. Мне ситуация казалась скорее подвешенной в воздухе, нежели понятной.

Почему мы не знали в подробностях, что последний год творится с Бабкиным – это вопрос на засыпку. Можно, конечно, обвинять его за то, что он не считал нужным делать публичные заявления. Но украинским масс-медиа, которые, по идее, должны были тянуть его за язык, стоит подумать и о своей инертности. Автору этих строк – тоже. Лишь в марте я отправил запрос на интервью. Тогда, весной, Бабкин с Саном были заняты подготовкой к концертам 5nizza. Сейчас, наконец, Сергей смог найти время на обстоятельные ответы.

Я нарочно попросил Бабкина сделать это в режиме email-переписки. Это тот самый случай, когда случайные слова и секундные эмоции пойдут только во вред. Взвешенный, четко сформулированный взгляд на вещи – вот что было нужно.

 

 

  • В обществе есть запрос на то, чтобы знать больше о ваших чувствах и мыслях в отношении войны, которая происходит в Украине. Что вы ощущаете? О чем думаете?

В кодексе самурая написано: «Самурай должен приложить все свое усилие и мастерство на то, чтобы бой ни в коем случае не состоялся». Думаю, даже тот, кто может быть заинтересован в любых военных действиях, из коих умеет извлекать выгоду, скажет, что нет ничего более ужасного, отвратительного и бесчеловечного на планете Земля, чем война. Любая. Это беспросветное зло.
Мне хочется, чтобы каждый житель нашей планеты обладал навыками «войны с самим собой». Нет взрывов, осколков и жертв, но победу невозможно не заметить. Она в действии. В поступках, в мыслях, в отношении к своей жизни и окружающим.
К ситуации в нашей стране у меня есть вопросы. Мы говорим, что у нас война, но официально называем это антитеррористической операцией. Это нечто иное. Военные действия, но не война. Для кого-то очень важно и выгодно не давать всему этому официальный статус «война». Для кого и почему? Этого, к сожалению, нормальный малообразованный гражданин вроде меня знать не знает и ведать не ведает.
Почему крепкий мужик, майор в отставке сорока с лишним лет, с нормальной головой, который отлично разбирается в военном деле, не может попасть туда, где, по его мнению, он нужен, как никогда? Пришел, попросился, но его отправили домой. Я не с чьих-то слов рассказываю, это мой родственник. В то же время, 18-летний паренек, который, может, успел, а может, еще и нет подержать деревянный макет «калаша» на военной кафедре в институте, ни разу не бил никого по лицу и хорошо учится, – вот это как раз то, что надо для урегулирования «конфликта» на востоке нашей страны. И чем больше таких, тем лучше. Это пахнет взвешенным, четко выверенным уничтожением генофонда нашего государства. Будущих отцов, детей. Будущих граждан будущей Украины. Можно было всего этого избежать еще на начальном этапе, и мы это прекрасно знаем. Многим пожертвовать, но не допустить того, что происходит сейчас. Не допустить гибели десятков тысяч украинцев.
Параллельно со всем этим ужасом зародилась и набирает немыслимые обороты другая война – информационная. Конечно, не такая страшная, как стертые с лица земли города, установки «Град» и минометы, но крайне разрушительная для разума. Манипуляция верой, игра на преданности, разрушение семейных и дружеских отношений, жесткая эксплуатация любви к родине. От этой колоссальной проделанной работы воздух пропитан ядом. Все без исключения должны быть вовлечены и замешаны в массовом психозе. Ничтожно мало настоящего, искреннего, первозданного. Дохренища искусственно созданного, лабораторно выведенного и источающего смрад.

 

Пирог, испеченный из дерьма, такой вкусный, правда, потом неделю не можешь слезть с толчка. Но сетовать будешь на магнитные бури.

 

  • Что может нам всем помочь остановить эти войны?

Как остановить то, что какие-то грамотные люди назвали АТО, – об этом, наверно, странно спрашивать меня. Нужно быть или военным, или хотя бы политиком, а еще лучше военным политиком, чтобы разбираться в этом. О второй войне как человек, сочиняющий песни, я, пожалуй, могу что-то сказать. Допускаю, что мои идеи могут быть восприняты согражданами и моими коллегами как утопические, спровоцировать иронию, сарказм, насмешку. Но меня это не волнует.

Вадим Шефнер однажды написал: «Словом можно убить, / Словом можно спасти, / Словом можно полки за собой повести. / Словом можно продать и предать, и купить, / Слово можно в разящий свинец перелить». Инфо-война – обыкновенная инфекция. Вирус, который, проникая в организм, поражает его клетки. Каждый переносит его по-разному. Кому-то нужен день, кому-то необходима неделя и больше, чтобы вывести эту заразу из себя. Все зависит от того, насколько силен или слаб иммунитет организма, в который проник вирус. К тебе никто не подходит вплотную, тебя никто не бьет по лицу или телу, не говорит ничего осуждающего в глаза, но тебе тесно и нечем дышать, тебе больно и ты разбит, тебе стыдно за то, что ты такой, какой есть на самом деле. Ну, разве это не магия?
Все научились здорово печатать на клавиатуре, разбираться не только в своем деле, но и во множестве других. Обсуждать, комментировать и осуждать. Это молодое поколение. Зрелое и пожилое по старинке довольствуется авторитетным телевизором. Там все, как надо, все на своих местах. Пирог, испеченный из дерьма, такой вкусный, правда, потом неделю не можешь слезть с толчка. Но сетовать будешь на магнитные бури. А еще «брат звонил и говорил, что сестра его знакомой общалась с женщиной, которая приехала из Донецка, и та ей рассказала, что там на самом деле происходит». Люди вооружены до зубов информацией. Люди в курсе всего, что происходит.

 

Меня стали искать, звонить супруге, родителям. Им нужно, чтобы я поехал на учения, а вернут меня оттуда или нет – не сказали.

 

  • Если вам придет повестка из военкомата, какими будут ваши действия?

Когда я продал свою квартиру, которая была в кредите, мне пришлось поменять место прописки. По этой причине я пошел в военкомат. У нас в Харькове в одном здании находятся военкоматы трех районов. Я благополучно выписался из района, в котором проживал семь лет. Меня направили на первый этаж, где находился военкомат того района, в котором мне нужно было встать на учет. Сотрудницы военкомата записали данные – мои, родителей, супруги, детей. После этого они спросили, знаю ли я, что идет мобилизация. Я ответил, что, конечно, знаю. Они вручили мне повестку, по которой я должен был явиться через неделю либо со свидетельствами о рождении моих троих детей и написать заявление на отсрочку, либо с перечнем вещей, необходимых для отправки. Я сказал, что через неделю прийти не смогу, так как уезжаю на гастроли. Сказал, что могу прийти через две недели. Женщины запричитали: «Как это так? Это никуда не годится! А куда вы уезжаете? А зачем?» Я сказал, что у меня запланированы выступления с театром и музыкальной группой. Что я никуда не убегаю из страны и прийду, как только вернусь. Так я и сделал. Меня зачислили в роту охраны при военкомате. Месяц не трогали, а сейчас стали искать, звонить супруге, родителям. Им нужно, чтобы я поехал на учения, а вернут меня оттуда или нет – не сказали.

 

 

  • В начале июня вы с Андреем Запорожцем дали интервью российскому телеканалу LifeNews. Что вы знали о нем на тот момент?

До тех пор, пока не выяснилось, что мы с Андреем в череде других телеканалов дали им интервью, я не знал о его существовании. Понимаю, что люди с уже сложившимся определенным мнением о нас мне не поверят. Когда разгорелся скандал, я узнал, что это за канал. Если бы я знал заранее, что это такое и что среди прочих каналов будет LifeNews, конечно, он был бы исключен из списка приглашенных. Возможно, именно эта журналистка и этот оператор, с которыми мы общались, не были причастны к тем жутким репортажам, о которых мне рассказали и часть которых я после увидел сам. Но репутация их канала, мягко выражаясь, такова, что даже произносить вслух это название – то же, что вспоминать сатану.

 

Не люблю на кого-то сваливать вину. Это случилось, на интервью отвечали мы, и никого больше на экране не было. Только наша вина в том, что мы появились на LifeNews.

 

  • Журналисты не представились вам?

Мы были в клубе, после саундчека оставалось два часа до начала концерта, и в этом окне была запланирована череда интервью различным телеканалам. Журналисты не считали нужным представляться. Разве что: «Здравствуйте, ребята. Меня зовут Оля». И все. Ну, а наши мысли были направлены только на предстоящий концерт. Не люблю на кого-то сваливать вину. Это случилось, на интервью отвечали мы, и никого больше на экране не было. Только наша вина в том, что мы появились на этом канале.

 

 

  • Когда вы идете давать интервью, вам важно знать, кто его берет?

Конечно, важно. Всегда было важно. Обычно за этим следит моя супруга Снежана. Но в этот раз она не занималась концертом, поэтому я не был в курсе. Вполне возможно, что после такого случая группа 5nizza вообще не будет давать интервью. Сейчас настроение именно такое.

 

Я абсолютно открыт для любого общения. Не важно, журналист это или человек на улице. Но степень моей открытости всегда будет зависеть от того, кто стоит передо мной.

 

  • Последние года полтора вы, насколько я знаю, не давали интервью украинским СМИ. Или все-таки они были? С чем связан дефицит диалога с украинской прессой – с ее невниманием к вам или вашим нежеланием общаться?

Интервью были. Просто я не блистаю на обложках журналов и на телеэкране меня раз-два и обчелся. Я не бегаю за журналистами, чтобы они что-то написали обо мне или показали в своем телешоу. Видимо, дело все-таки в невнимании прессы, а не в моем нежелании. Хотя я нисколько не страдаю от этого, скорее, наоборот. Мне вполне достаточно внимания моей семьи, моего слушателя и моего зрителя. И то, чем я хочу поделиться с людьми, я делаю на своих концертах, в спектаклях, говорю на квартирниках. Я абсолютно открыт для любого общения. Не важно, журналист это или человек на улице. Но степень моей открытости всегда будет зависеть от того, кто стоит передо мной. Действительно ли это человек, который интересуется мной и моим творчеством, тем, что я делаю и чем живу, или он просто делает вид. Я это, к счастью, очень хорошо чувствую. И поэтому некоторым интервьюерам отказываю, если знаю, о чем их передача или как они пишут. Если это псевдоинтерес. Сейчас так много «псевдо», оно сплошь и рядом. Мало настоящего, истинного. Конечно, можно списать все на то, что «время такое». Но, к сожалению, время – величина неизменная. Это человек меняется в нем.

 

Мне всегда казалось, что я сильный человек, а на деле вышло, что это не так. Я ведусь на провокации, принимаю все близко к сердцу, вступаю в полемику, пытаясь кому-то что-то объяснить, а потом понимаю, какой я идиот.

 

  • За последний год как-то изменилось ваше отношение к российской власти вообще и Владимиру Путину лично?

У меня никогда не было отношений с какой-либо властью и ее высшими представителями, поэтому и изменяться тут нечему. И слава Богу. Я рад этому факту в моей биографии и надеюсь, что в этом плане в моей жизни ничего не изменится. Единственная власть, которую я приемлю, – власть над самим собой. Мне всегда казалось, что я сильный человек, а на деле вышло, что это не так. Я ведусь на провокации, принимаю все близко к сердцу, вступаю в полемику, пытаясь кому-то что-то объяснить, а потом понимаю, какой я идиот. Я человек взрывной, а эмоция это не всегда хорошо. Иногда – совсем нехорошо. Без эмоций никуда, тем более, если ты актер или музыкант. Но их надо уметь подчинять себе. Быть дрессировщиком своих эмоций. Короче, еще много над чем нужно работать.

 

 

  • Как бы вы сформулировали ваше нынешнее отношение к российскому народу?

Обо всем российском народе говорить не буду. У каждого народа есть свои уроды, и это нормально. Но те российские граждане, которые встречались и продолжают встречаться на моем жизненном пути, меня радуют. Своим мировоззрением, мышлением, стилем жизни и гражданской позицией. Я не люблю говорить «вообще», стараюсь опираться на факты, в которых уверен и считаю правдой. А правда такова, что мое отношение к тем россиянам, с которыми я давно знаком, и к слушателю, который приходил пятнадцать лет назад на мои концерты, приходит сейчас и, надеюсь, будет приходить впредь, не изменилось ни на йоту. Есть выражение: «Каждый народ имеет такого правителя, которого достоин». Наверно, это так. Искренне жаль тех здравомылящих россиян, которые сейчас живут в жесткой западне Режима. Впрочем, и у нас не сахар.

 

Я не даю концерты в Кремле, не играю корпоративы для российских олигархов. Когда десятитысячный зал в России хором поет «Немає куль, комбат» или «Я не той, хто тобi потрібен», меня выворачивает наизнанку. 

 

  • Многие украинские музыканты сейчас категорически отказываются ехать с концертами в Россию. Вы принимаете приглашения. У вас нет сомнений в такой позиции?

Думаю, что с этим не так все просто. Когда «категорически отказывается» группа, которая никогда не выезжала дальше Белгорода или Курска, это выглядит смешно. Но при этом ее участники вырастают в глазах соотечественников. Сейчас многие изо всех сил стараются вырасти в глазах общества.

С другой стороны, есть украинские музыканты, которые действительно отказались от концертов в России. Заявляя таким образом свою позицию, они намеренно ограничили себя и своего слушателя, который любит их творчество. Я уважаю их выбор. Но я не такой, как они. Я служу людям. Настоящим, не оборотням, не лицемерным, не с двойным дном, а сопереживающим, сочувствующим, людям, которые умеют слышать и меняться. Я не даю концерты в Кремле, не играю корпоративы для российских олигархов. Поэтому сомнений нет. Когда десятитысячный зал в России хором поет «Немає куль, комбат» или «Я не той, хто тобi потрібен», меня выворачивает наизнанку.

 

 

  • На видео по поводу концертов в Крыму, которое вы опубликовали в августе 2014-го, ваши доводы выглядели неубедительно. Что вы сейчас думаете о том своем поступке? Жалеете ли вы о публикации того ролика?

Думаю, что я тогда не смог удержаться и повелся на провокации вирусно-зомбирующего интернет-сообщества. Кому я все объяснял и перед кем оправдывался, не понимаю. Нас так волнует и задевает мнение сотни человек, и в то же время мы не интересуемся и не слышим, что говорят и думают тысячи. Не нужно было этого делать. Такого рода обращения ни к чему не приводят, лишь становятся поводом для пересудов и дают возможность некоторым зарабатывать себе очки.

 

  • Украина сейчас переживает всплеск общественной рефлексии, обострение поисков национального самосознания. В чем эти процессы вам близки и в чем вы чувствуете себя чужим, инородным?

Звучит невероятно красиво и даже поэтично. Честно, без дураков. Я буду безгранично счастлив, если увижу, что ошибался, но я почему-то не до конца верю в искренность этого всплеска.

Я надеюсь, что сейчас пришел тот час, когда Украина начнет осознавать, что она, зачем она, какими богатствами наделена. Надеюсь, мы поймем, что должны беречь то, что имеем, а не разрушать или брезговать этим. Не плевать в лицо себе и своим потомкам. Пока каждый из нас, харьковчан, киевлян или одесситов, не научится приводить себя в порядок внешне и внутренне, следить за своими словами и поступками, до тех пор вокруг никакого порядка не будет.

Но это на словах все красиво. На деле же пока молодежь разукрашивает города в желто-голубой, свои проверяют своих же на преданность родине приветствием «Слава Украине! Героям Слава!», формируются отряды, чтобы на улицах вручать повестки студентам или брать в армию сразу, без церемоний. Забирают актеров и оперных певцов, на Донбассе погибают десятки тысяч молодых ребят, а власть все так же пользуется законно выделенными четырьмя годами и не особо волнуется не то что о народной любви, но даже о минимальном уважении.

 

  • Что для вас значит «украинец» и применимо ли это к вам?

Украинец – это человек, который родился в этой стране, живет в ней, является ее гражданином и любит ее, несмотря на все минусы. Просто любит. И не может обьяснить, почему. Радуется ее победам, переживает вместе с ней неудачи, скорбит о потерях. Конечно, это применимо ко мне. По крайней мере, я так всегда думал. И мне не то что бы обидно, но неприятно, когда я слышу упреки в свой адрес. Мне странно видеть, как люди удивляются, встречая меня в Украине, и говорят: «А мы думали, вы в Москве живете». Не понимаю, почему они так думают и откуда у них такая информация.

 

 

  • Приходилось ли вам помогать людям, которые пострадали от войны на Донбассе?

Приходилось. Я до сих пор помогаю. И другими формами благотворительности занимаюсь. Но о таком не говорят всем вокруг. Я ненавижу хвастовство. У нас же сейчас как? Сходил куда-то, принес что-то, запостился и сэлфанулся.

 

  • Последние месяцы в Харькове тревожно. Как бы вы описали свои ощущения от пребывания в родном городе в последние полгода?

Не совсем спокойно, но и тревожным состояние города назвать не могу. Осуществляются разнообразные акции, для того чтобы запугать людей, держать их в тревоге и страхе. Но у меня такое ощущение, что харьковчане мало ведутся на это. Все познается в сравнении. Например, 15-20 лет назад, на мой взгляд, в городе было куда неспокойнее, чем сейчас. По сравнению с Донецком, Луганском и Мариуполем, здесь просто тишь и благодать. Я настолько увлечен своим микрогосударством под названием семья, его здоровьем, благополучием, единомыслием и крепостью духа, что не поддаюсь окружающей панике и тревоге. При этом моя хата не скраю.

 

  • Вас не посещали мысли об эмиграции из Украины куда угодно в связи с обстановкой в стране?

Нет. А куда? Здесь мой дом. Люди, которые понимают меня, ценят и уважают то, что я делаю. Люди, которым я нужен такой, какой есть. Сейчас и, очень надеюсь, в будущем тоже. Мне здесь хорошо, несмотря ни на что.

 

  • Пишутся ли в последний год новые сольные песни? Чувствуете ли вы в них какие-то новые интонации?

Новые песни, слава Богу, не перестают сочиняться. Стало появляться много песен на украинском языке. Я очень рад этому. Уже год как мы с группой готовим новый альбом, планируем его выход осенью этого года. Каждая моя пластинка – новые интонации. Прежде всего, для меня самого. Будущий альбом – это, если можно так выразиться, разговор с Богом. Не молитва, а именно беседа с высшим разумом, творцом мироздания, которому мы должны быть всегда благодарны за наше существование. То, что направляет наш взор на свет и ведет по жизни. Благодаря этому мне неведомо состояние депрессии.

Фото: Павел Алдошин, Сергей Сараханов
Текст: Игорь Панасов
Джерело: cultprostir.ua

 

 

 

 
 

Додав nady 09 липня 2015

Про автора

Народився 7 Листопада 1978 року в Харкові. Закінчив Харківський ліцей мистецтв і музичну школу по класу флейти. В 2000 році закінчив Театральне відділення Харківського інституту мистецтв ім. І.Котляревського. В 1999–2002 рр.

 
Коментувати
 
 
 

Гостиница Днепропетровск |  Светильники Днепропетровск |  Рекламное агентство |  Сауны Днепропетровска