Данило Нестеров / Аналоговая грусть, затертая пленка и угольные микрофоны

Третий полнометражный альбом группы «Portishead» без преувеличения можно считать самым ожидаемым событием этого года. Эти депрессивные ребята настолько загрустили, что не заметили, как прошло 11 (!) лет.

Только подумать, но альбом 1997 года я слушал еще на пленке. С тех пор мы получили сольник Бет Гиббонс, пару треков в саундтреки, коллаб с Джейн Биркин, DVD и чудную оркестровочку датированную 1998 годом. Все это, конечно, более чем прекрасно. Однако несколько треков, видео и частые обещания «в следующем году выпустить LP-ишку» не совсем удовлетворяли поклонников.

За 11 лет можно было пару раз распасться, откатать 2-3 прощальных турне по Европе, США, Австралии и Японии да еще довыпустить миллионов пять дисков и винилов в пафосной упаковке со слезливой надписью «Only You» и черным бантиком на уголке.

Результат ожиданий, страданий и поиска схожих заменителей оказался неоднозначным. Никто из поклонников не может сказать, что он на 100% разочарован или доволен тем, что он, в конце концов, услышал.

Наверняка, мы с вами стали очевидцами отчаянной попытки перерождения. Однако, это перерождение было обречено на половинчатость. Стать другими без разочарований – не получится.

Таким был блюз до того как стал модным

Вместе с записью по сети поползли мнения, что «слитый» материал – это транскод, т.е. ужасного качества перекодировка в более высокий битрейт. Вслед за этим начались проявления героизма из разряда: «дождусь фирмы – буду слушать». Боюсь, что и то и другое не более чем достойный первого тест-пресса альбома образец идеализма и непоколебимой веры в кумиров.

Группа, которую не раз обвиняли в неблагоразумном перфекционизме, транжирстве студийных денег и непреодолимом стремлении к перепродюсированию, решила показать всем, свое «истинное звучание». Вспомните рассказы о выброшенных в мусорное ведро оркестровках, тысячах затертых винилов «для достижения особенного звучания» и прочие сказки. Поэтому аналоговый экстремизм – довольно красноречивый ответ. Думаю, что альбом выйдет именно таким - подчеркнуто небрежным и грязновато-аналоговым.

Обрубленные концовки, что называется «на полуслове» в Silence и Small, на Plastic наблюдаем небрежно склеенные сбивки, местами вообще проскакивает какой-то «мусор» - все это останется и в окончательной версии.

Кто мне не верит, послушайте еще раз Deep Water. Это даже не подражание и даже не попытка скопировать. Это просто стеб длинной в минуту сорок девять. Просто, небрежно, невпопад, с хрипотцой и незамысловато. Таким был блюз до того как стал модным. Если бы они остались прежними, то сделали си бы из трека поскрипывающую и животрепещущую стилизацию с затертым ритмом. Просто они не додумались записать альбом на угольные микрофоны. Вот это был бы Lo-FI, транскод и битрейт в одной упаковке, прости Господи. Поэтому на этом альбоме нет никаких голосовых перевоплощений и стилизаций Бэт Гиббонс. Именно поэтому саунд – плосок и уныл, как повествование в азиатском кино.

В качестве примера можете ознакомиться с альбомом Medeski, Martin & Wood “Uninvisible” (2002). Это очень хороший пример глыбы, сыгранной вживую за 4 часа, записанной на аналоге и потом растиражированной на цифре. То же самое ожидает нас и 28 апреля с выходом официальныого релиза.

Эволюция, имитация, деградация???

Альбом, слитый в сеть добрым человеком в преддверии 8 марта, вызвал массу отзывов. От хорошо аргументированной ненависти, до героичного «я подожду официального релиза» (маркетологи FMCG и прочих продуктов – завидуйте!). Причиной тому - ужасная эклектичность альбома. Здесь есть все от завывания аналоговых синтезаторов в Machine Gun, до псевдоблюза Deep Water.

Любители былого трип-хопа отыщут здесь привкус былых времен. На альбоме есть «чихающие» ударные, срезанные сбивки и очень-очень похожие интонации в песнях Hunter, Plastic, Small. Думаю, в ход пошло как минимум несколько фрагментов былого творчества.

Есть забавные, непохожие вещи, к которым можно отнести и тот же странноватый Machine Gun, отдающий саундтреками 80-х. Ну, помните, много лака на волосах и уже не диско, но еще и не хип-хоп. Small – это наверняка явный риспект Джиму Моррисону, где Portis`овский бит смешан с органными завываниями, хотя и напоминает вначале унылую погребальную балладу.

Но чего я совсем не могу понять, так это два номера под названиями – The Rip и We Carry On. Первый - «про лошадок»! Взрослая тетя, которой уже за 40 поет про диких лошадей, которые «унесут ее туда, где она ощутит нежность»!!!!! Я всегда относился к музыке как к музыке, не сильно обращая внимание на слова. Но ТАКОЕ! Ну, было бы тебе 15 лет – ну ладно. Но, разменяв четвертый десяток….. Дай Бог тебе, конечно, Бэтти здоровьечка лошадиного, только не пой больше про лошадок. We Carry On больше похож на саунтрек к 8-битной игре про террористов. Пара незамысловатых петель, почти как дворовая песня на три аккорда. Короче, скажем примитивизму – нет! Так не долго и доиграться…

Впрочем, как сказал мой знакомый аудиофил: «Они и так великие». Ну что тут еще добавить…