Оксана Забужко / Женщина с пером
Украинская писательница Оксана Забужко о гонге мировой войны, развале культурной инфраструктуры в стране и собственном счастье. Победительница конкурса Лучшая украинская книга, который проводит журнал Корреспондент, ответила на вопросы читателей сайта Корреспондент.net
— Я считаю (исправьте меня, если ошибаюсь), что быть украинским писателем — это настоящий подвиг. Никакой поддержки со стороны государства плюс не так много читателей, готовых воспринимать литературу на украинском языке. Раскройте секрет — на что и как живет наша украинская литература?
Максим Черний, Харьков
Максим, дело не в языке—большинство моих отечественных читателей как раз русскоязычные — дело в развале культурной инфраструктуры, жизненно необходимой и писателю, и читателю, без нее он тоже «вымирает» — перестает читать! У нас на всю страну книжных магазинов меньше чем на одну Варшаву, — официально, один на 54 тыс. чел. Европейский стандарт—один на 2 тыс. чел. Хотя даже при таком нищенском рынке полдюжины писателей, живущих на доходы от своих книг, в Украине уже набирается. Но, конечно, если бы меня не переводили на Западе, поясок пришлось бы затянуть.
— Что Вы думаете о молодых украинских писателях? Кого бы Вы особенно отметили?
Татьяна Полищук, Киев
Из прозаиков — Оксану Луцишину, Сашка Ушкалова, Таню Малярчук. Особой строкой — Антона Савченко: его сборник морских рассказов «Баркароли» для меня самый интересный дебют года.
Видимо, Вы следите за последними событиями в Грузии. По Вашему мнению, на чьей стороне правда — [Владимира] Путина или [Михаила] Саакашвили? И верите ли Вы в реальную угрозу для Украины со стороны России?
Ирина Вайда, Одесса
Спасибо Вам за этот вопрос, важнее его сейчас нет. Это не тот случай, когда можно быть «за белых или за красных». Это гонг мировой войны. Впервые в Европе после 1945 года иностранная армия вторглась на территорию суверенного государства, не имея на то ни мандата ООН, ни иных международных правовых полномочий (виртуальные «2 тыс. осетин», убитых российкими СМИ, — отмазка «для внутреннего употребления»).
Ближайшая аналогия — 1938 год, Германия в Судетах. На этом фоне обсуждать внутренние проблемы Саакашвили—все равно, что спорить о семейной жизни соседа, когда к нему в дом вломились бандиты. Обезумевший российский режим сделал свою заявку на «новый мировой порядок», и угрозы в адрес Украины как «сферы российских интересов из уст его руководства уже прозвучали. Если мы сейчас заткнем уши и сделаем вид, что ничего не слышали, завтра нас ждет участь Польши в 1939 году. И «забалтывание» или замалчивание этой угрозы — уже не трусость, а преступление.
— Если бы Вы стали министром культуры, какие меры бы предприняли в первую очередь для того, чтобы исправить культурную ситуацию в стране?
Наталья Склярская, Киев
Боюсь, одним Министерством культуры ситуацию уже не исправить. Украине срочно нужен комплекс радикальных гуманитарных реформ — в первую очередь реформа образования. Иначе еще через десять лет мы проснемся в стране дураков, и спасать нас будет некому.
— Очень хочется узнать Ваше мнение о сегодняшней политической ситуации в Украине. Сил уже нет смотреть, как постоянно препирается наша «элита». Вы какую политическую силу поддерживаете — подскажите, кому верить? Грядут выборы президента — Вы сами за кого голосовать будете?
Елена Гавриш, Херсон
Сил нет, это правда... Если к выборам прискачет все та же тройка наших «главных игроков», придется опять, как в 2004-м, голосовать за [Виктора] Ющенко. При всех моих к нему претензиях, он, как показали последние события, единственный, для кого национальные интересы Украины — не пустой звук. А [Виктор] Янукович и [Юлия] Тимошенко — не более чем пользователи территории. Как только страна окажется в опасности, они отсюда просто сбегут.
— Как Вам удается делать свои книги бестселлерами? Ведь то, о чем Вы пишете, уже давно описано Федором Достоевским и Львом Толстым.
Виталий Дяченко, Киев
Вообще-то все мировые сюжеты были описаны еще Гомером... А «как удается» — откуда ж мне знать! Читательская любовь — всегда тайна, как всякая любовь. Что-то специально «сделать», чтобы десятки тысяч людей, живущих в разных странах и, говорящих на разных языках, восприняли написанное тобою как голос близкого человека, поверьте, невозможно. Можно только радоваться и благодарить Бога, если такое случилось. И писать дальше Что я и делаю.
— Вы одна из известнейши: феминисток Украины. Скажите каково Ваше сегодняшнее пс нимание феминизма? Не растворился ли он для Вас в сестринстве? Почему большинств женщин Украины так и остались рабами своих чувств по отношению к мужчинам? Простите за множество вопросов, последний: Вы счастливы?
Сергей Кот-Забужский, Москва
Помилуйте, это вопросы для статьи среднего объема! Вкратце: 1) право женщины быть собой; 2) нет, хотя «Сестро, сестро» по-прежнему люблю больше всех своих книг; 3) думаю, есть кое-что похуже, чем быть рабами чувств, — омертвение чувств, душевное отупение современного человека под гнетом уже не усваиваемой информации; 4) да.