Женя Кошин / * * *

Я пытаюсь писать стихи, чтобы

признать совершенство материнской утробы.

для этого я кладу голову на плаху,

доверяясь палачу, но чаще – паху.

Глицериновый демон в лучах заката –

в зеркале я не тот, каким был когда-то.

Я пытаюсь соскрести с блюдца крошки мира,

крошки опресноков с духом мирра.

Превращение в христа подразумевает строгость

выполнения алгоритма по свертыванию в утробность,

в изначальное состояние всего и вся

в рыбку, в птичку, в сперматозоид отца.

И в состоянии элементарной частицы

хочется выпить, а не напиться,

покинуть границы бренной вселенной

и стать – наконец – артефактом нетленным,

святыми мощами вселенского разума

и быть одинаковым и немножечко разным,

и плыть по течению, зная, что за поворотом

буду с косточками отдан водовороту.