Сергій Бабкін / Бабкин вновь!

Бабкина привезли в Днепр. Снова. Через год. В том же составе, но по-иному. MA «Арт-Вертеп» и ЛИФТ убили полмесяца на решалово по ввозу в город-труженик драгоценного Бабкина и еще двоих с ним.

Все помнят фестиваль НАШАТЫРЬ, когда музыкантоактера не удалось растаможить на российско-украинской границе, и нашатырным бабкинолюбам пришлось обломаться (походу фест от этого почему-то ничего не потерял. Мистика.) Теперь всё по-иному. Теперь есть ЛИФТ, который, закатав рукава, молодецки возит в Днепропетровск всякое интересное, правильное и полезное. Сергей Бабкин, гитарист ПЯТНИЦЫ и актер харьковского ТЕАТРА 19 — первая диковинная птица, ввезенная в Днепр ЛИФТом.

Всё, как год назад: тот же Бабкин с гитарой, тот же Сова с дудой, тот же тапер Фима на клавишах. Только всё теперь иное. Вместо крохотного арт-бара СРЕДА — огромный бездомный ледяной зал Дома Пионеров и черный провал сцены, зрителей уже в десять раз больше, сидят теперь не на мешках с соломой, как тогда, а на местах с номерками. У тапера за год отрос хаер, но лицо осталось такое же хитрое. В организацию гастроли вовлечено еще больше народу, билеты еще дороже, всё ништяк.

Всё, как тогда, но по-иному. Вместо одной гитары у Бабкина три разных, и играет он на них по очереди.

Добавился красивый и громкий минус между песнями — вот вам скрип снега, вот вам вой ветра, вот вам телефонные гудки. Короткие. Чо еще…

Чо еще. Бабкин еще задумчивее и самопогруженнее, чем год назад. Год назад он пел с температурой сорок, теперь — нет, но веселее ему не стало.

Грим Пьеро еще условнее, но по-прежнему такой же черно-белый.

Дым-машины и цветной свет. Мониторы JBL от REMI. Программа из двух отделений — первое несмешное, второе смешное. Поподробнее?

Поподробнее. Первое Отделение — Сергей Бабкин, коротко остриженный, босой, в длинном черном сером балахоне с нашитым белым сердцем и протяжными грустными песнями, бархатными летучими мышами шелестящими над головами притихшей разноцветной публики. Тоска заснеженного берега пустой реки в этих песнях. Кулисы любимовского Театра на Таганке в этих песнях и тень Гамлета Высоцкого.

Второе отделение повеселее, да. Второе отделение — публика знает слова. Второе отделение — зонги из спектаклей и полный театр. Второе отделение — на голове роскошный цилиндр, галсух — резинка и драный фрак с вылезающей из швов ватой. Заломленный на затылок цилиндр образует черный нимб. Чёрный-пречёрный.

Надо отдать должное — отыграл Бабкин с волшебными музыкантами больше двух часов. С переодеванием и театральными жестами.

Разгадать что там, под черно-белым гримом, невозможно. Да и зачем? Потемки, господа. Полынья. Но публике нравится.

Тем более публика в этот раз — любо-дорого. Особо милы всем нам ученики ПТУ. Их много было в этот раз, судя по тупым воплям из зала в самых неподходящих местах. И много было хищно кишащих фотографов.

И была и девочка, которая принесла Бабкину цветы. Одна-единственная.

Симон Чорный

Фото Олександр Кузьмюк, Студія «908»